Над вашингтонским пляжем опускается вечер. Широкая полоса белого песка и береговая линия пляжа хорошо спрятаны от посторонних глаз и находятся в нескольких милях от Восточного Хемптона. Разыгравшийся ветер набирает силу. В продолжение летнего сезона, возникновение урагана на этой открытой части длинного острова так же реально, как добросить сюда из города Нью-Йорка пушечное ядро.

Но сегодня ночью здесь много тепла, идущего из ямы с пылающим в ней огнем, и высоких горящих факелов, расставленных по кругу. С угасанием солнечного света они горят все сильнее.

Для семьи Вьесенмеер, расположившейся вокруг длинного откидного стола для пикника, пьющей вино из пластиковых стаканчиков и готовящейся к ужину из хвостов омаров и немного поджаренного картофеля, приготовленных двумя шеф-поварами на огромном гриле на улице, этот нетронутый уголок восточного побережья Соединенных Штатов сегодня ночью превратиться в самый эксклюзивный ресторан Америки.

«Трудно в это поверить, да?» - смеется Курт Вьесенмеер, двадцатисемилетний житель Нью-Йорка, который организовал этот ужин в честь дня рождения своей матери. Он добавляет, что его родители являются владельцами еще одного дома по соседству в Три-Майл-Харборе уже десятки лет. «Они никогда не делали этого раньше. Я не понимаю почему. То есть, взгляните, как выглядит здешний вид на море, это настолько замечательно, и всего можно коснуться руками».

Кроме этой маленькой компании на пляже нет ни души; ничего кроме нетронутых песчаных дюн и волн. Вид очень похож на вид пруда Джорджики в Нортумбрии. На самом деле пруд является прибрежной лагуной, где Билл Клинтон построил «летний Белый Дом», и где провел худшие дни во времена, когда проходило слушание дела Моники Левински. Уединенность этого места не случайна. Если вам не дали специальных указаний как туда добраться по одной из одинаковых с виду проселочных дорог, вы можете долго блуждать по ним мимо живых изгородей, но так и не найти открытого доступа к пляжу. Припарковаться здесь тоже проблемно. Разрешение резидента очень вам поможет, цена доступа к резиденции колеблется и достигает 20 миллионов фунтов. Выйдя на пляж, вы увидите, что там нет ничего особенного, лишь покрашенные в белый цвет с одной стороны, дома из гальки.

Текущими обладателями разрешения на посещение резиденции являются: сэр Пол Маккартни, Стивен Спилберг и Ллойд Бланкфейн, исполнительный директор Голдмэн Сачс. Для всех остальных альтернативой автомобилям являются велосипеды, которые можно припарковать где угодно. Здесь никто не переживает из-за открытых машин. Вы могли бы оставить здесь незапертую машину на пару дней с толстым бумажником и ключами на сидении, а вернувшись, обнаружили бы, что ничего не пропало.

Хемптон выглядит именно так, как его все и представляют – огромная территория, прилегающая к элегантному городу, селам и деревням в Ист-Энде в Лонг-Айленде. Но мало кому известно, что первоначально на острове проживало индейское племя Монток, а затем он был захвачен английскими колонистами в середине 17-го века. Благодаря, в частности, «Великому Гэтсби» Скотта Фицджеральда, опубликованному в 1925 году, сельский полуостров штата Нью-Йорк стал всемирно известным своими играми в поло среди высшего общества, вечеринками и дорогими машинами.

Интересным фактом является то, что вдохновителем для создания вымышленного города в «Великом Гэтсби» - Ист Эга, было менее популярное северное ответвление Лонг-Айленда, а не Ист Хэмптон, Саус Хэмптон или другие, включая Саг Харбор и Амагансэт, которые находятся на противоположной стороне острова.

Но в Хэмптоне знаменательным является не только количество богатств его обитателей, но и возраст этого богатства. Некоторые сокровища обитателей настолько стары, что их существование началось задолго до основания Соединенных Штатов. К примеру, семья Гардинер является владельцами собственного острова еще с времен, когда на острове жили племена Монтоко (примерно 372 года назад). Предки рода были удостоены королевским орденом, подаренным Чарльзом І. Орден, как известно, и сейчас имеет силу. В теории, он дает право вершить самосуд и придумывать наказания преступникам.

К сожалению, Гардинерам так ни разу и не представилась возможность воспользоваться своими правами. Даже когда капитан Кидд пытался закопать пиратские сокровища на их территории, или когда Эрнест Хемингуэй открыл пальбу по проезжавшей за деревьями машине, охотясь на берегу их острова и думая, что увидел сверкание глаз оленя, а не фары машины.

Этот инцидент приводит к мысли о менее известном факте про Хемптон: это место, где консервативные магнаты с Волл Стрит долго сосуществовали с художниками, многим из которых нравился нежный, всегда меняющийся свет, получавшийся таким из-за того, что место было почти полностью окружено морем. Джексон Поллок, абстрактный экспрессионист, который, скорее всего, не интересовался своим соседом – биржевым маклером, проживал в селении Спрингс до тех пор, пока не погиб в автокатастрофе. Сегодня, его ученики могут брать уроки рисования на барже в Амагансэте. Она была построена Виктором Де Амико, первым директором Нью-Йоркского музея современного искусства. Недалеко от пляжа Вайнскотт расположен магазин свежих продуктов Трумана Капоте и Курта Воннегута. Здесь вы можете приобрести кофе, свежий выпуск газеты Таймс и сэндвич с яйцом, перед тем как присесть на деревянную скамейку и создать новый бестселлер.

Причина нескончаемой популярности Хемпстона очень проста. Здесь есть свобода. Для жителей Манхеттена жизненно важно в августе, когда воздух в городе становиться невыносимо жарким и обжигающим, иметь место, куда можно уехать и отдохнуть от суеты. И пока Ист Енд Лонг-Айленда остается недружелюбным для тех, у кого нет большого банковского счета, молодые люди и нарушители правил просто объединяют усилия и делят арендную плату мест, которые снимают, между собой, и ездят в город и из города на поезде или Хемптонском автобусе. Тем временем, пока более зрелые и богатые покупают поместья и летают туда на своих вертолетах, растет количество тех, кому мешает их шум. Сказки, в которых один успешный банкир с Волл Стрит летит на своем собственном вертолете на пляж, а другой, паря на парашюте в своем рабочем костюме над ним, умудряется его сбить, являются в большой мере преувеличенными.

Как и любые другие события, летняя поездка в Хемптон характеризуется своими собственными правилами. Отелей следует избегать. Они или слишком дорогие, или слишком страшные. Одним из лучших отелей является Американский Отель гавани Саг. В нем всего лишь 8 номеров. Так же очень важным при выборе отелей является его расположение по отношению к шоссе. Он должен быть южнее. Так как с этой стороны меньшее количество насекомых и на пляж легко можно добраться на велосипеде. И наконец, летний сезон открывается в День Памяти, государственный праздник в США, который празднуется в последний понедельник мая (после этого дня в Америке является социально приемлемым одевать белое). Заканчивается летний сезон в День Труда, который отмечается в первый день сентября.

Выучить местность Хемптона очень легко, все подчиняется все тому же правилу – все города расположены к югу вдоль 27 шоссе. Наличие машины является здесь идеальным, но наличие велосипеда иногда тоже необходимо из-за проблем с парковкой. Так же следует знать, что каждая часть Хемптона имеет разную репутацию: Саусхемптон – новые деньги; Ист Хемптон – старые деньги; и Монтак – хиппи, которых не заботят деньги, а единственным, что имеет для них значение – это хорошие волны для хорошего серфинга на близлежащей равнине Дич. По большому счету во всех частях Хемптона есть свои общие черты.

Во всяком случае, больная экономика сделала Хемптон доступным для отдыха как никогда ранее. Особенно когда дело заходит об аренде жилья, скажем, на несколько недель, вместо того, чтобы арендовать его на весь сезон.

Но все, же нет никакой надежды на то, что Хемптон становится ближе к людям. Это все еще полностью урбанизированное место с частными домами и виллами, которые сдаются в аренду их счастливыми обладателями, которые могут позволить себе нигде больше не работать.

Возьмем, к примеру, Клаймбейк на востоке пляжа Ваинскот. Компания, называющаяся «Когти на колесах» одна из немногих, что позаботится буквально обо всем. При помощи своих сотрудников они добьются для вас разрешения готовить на открытом гриле буквально на пляже за 80 – 100 $ за человека. Для групп более 50 человек, действует правило – они могут приносить с собой алкоголь. «Для людей, родившихся и выросших здесь, как я, раньше было очень легко это сделать», говорит 24-ехлетняя Эмма Бьюдерт, руководит операциями с малой промышленной недвижимостью. «Теперь это все еще не сложно, но дорого и это удовольствие относится к разряду роскоши». Курт Вьесенмеер заплатил за весь ужин около 1300$. И это сравнительно приемлемая цена, если сравнивать с ценами в компании «Когти на колесах», которая недавно устраивала вечеринку для 200 человек за 50000$.

Но все же, не все в Хемптоне является высококлассным. Особенно это касается Фиш Хауса Кирилла, закусочной на 27-м шоссе, владельцем которой является 68-летний ирландец, Кирилл Фитзсимонс. Он переехал в Америку 45 лет назад и был зачислен в отряд морской пехоты США. «Я хотел сражаться в войне, и Вьетнам был единственным возможным вариантом», объясняет он, сидя в своей соломенной шляпе. «Я был сержантом взвода первого батальона, состоящего из пяти морских пехотинцев. Мой поход продлился 14 месяцев».

Еда, которую подают у Кирилла, дешевая, жареная и очень запоминающаяся. А напитки тут крепкие, и среди посетителей много местных рыбаков, известных как Бонакеры или Бабби (у них когда-то был даже свой диалект). Над баром весит вывеска, которая гласит «Забей». А в другой надписи говориться: «Бар Кирилла… солнечное место для тенистых людей».

На автостоянке есть вывеска, которая рассказывает всем: «Полиция Восточного Лонг-Айленда уважает Кирилла». Возможно именно по этому люди, с трудом выходя из бара к своим кабриолетам субботней ночью, чувствуют себя уверенно и не ждут никаких проблем с полицией.

Каждый день на протяжении всего лета можно увидеть человека, сидящего возле своего бара и курящего Мальборо красные. Со своими усами цвета имбиря, уничтоженными солнцем волосами и инкрустированными хрусталем часами, он стал символом Хемптона. Тем не менее, заговаривать с Кириллом не рекомендуется после трех вечера, так как к этому времени он исчерпывает большую часть своего гостеприимства. Как только сезон здесь оканчивается, Кирилл улетает в Ангилью в Карибском бассейне, где у него есть еще 2 заведения. Он прибыл в эту часть Лонг-Айленда чтобы, как он говорит, «познакомится с богатыми и знаменитыми», чего он собственно и достиг. Посетителем его закусочной стал даже президент Ричард Никсон. Кирилл был его большим поклонником.

Другим вариантом для побега из старой части Хемптона является пляж Сансет. Бары, рестораны и отели находятся на острове Шелтер, который расположен между южной и северной ветками острова. Чтобы попасть туда вам нужно будет сесть на паром, который пересекает нелепо узкий водный канал. Он достигает берега настолько быстро, что вы даже не успеете привыкнуть к дороге. Между ресторанными столиками французской кухни и пьяными толпами хорошо одетых людей, над крышей парома можно рассмотреть красивый закат. Еда, которую здесь подают, безупречна. Бранзино (морской окунь) идеально, хотя и продается по манхэттенским ценам. Единственной проблемой является клаустрофобия, которая возрастает с бешеной скоростью, когда паром отчаливает от берега. После ужина, можно вздохнуть с облегчением, видя возникающие впереди огни гавани Саг.

Несмотря на то впечатление, которое создается на страницах светской хроники газеты Нью-Йорк Пост, на самом деле летний сезон в Хемптоне - это не бесконечные вечеринки девушек с Манхэттена и их парней – наследников состояний с Волл Стрит. Нет, это их родители - те люди, кто на своих Астан Мартинах выезжают в выходной на День Труда в Бриджхемптон на классическое конное шоу, традиция проведения которого началась еще во время Первой Мировой войны. Седоголовые люди приезжают не только из Нью-Йорка, но и из Голливуда. Многие из них принадлежат к семьям, который приезжают сюда в летний сезон целыми поколениями. Они обедают в ресторанах, таких как «ресторан Ника и Тони», или «Делла Фемина» на востоке Хемптона. И все же попасть туда постороннему человеку удивительно легко и просто. Или, по крайней мере, легче и доступнее, чем это было несколько лет назад.

В то время когда столик в Хемптон Классик в тени возле арены, где выступают каскадеры, стоит 3200$, доступ к трибуне бесплатен. А ужин в ресторане Ника и Тони можно легко заменить на дегустации вина и сыра в ничуть не уступающем ему ресторане Estate Vineyard, который привлекает такие же толпы посетителей.

Можно поселиться даже в самые дорогие поместья, воспользовавшись услугами приватных турфирм, объявления которых можно найти в газете «Звезда восточного Хемптона». Так же здесь есть много разнообразных магазинов, которые смогли выжить только в месте, где экс-битлам и главе одного из самых влиятельных инвестиционных банков иногда необходимо украсить спальню. Самым лучшим магазином здесь является антикварный торговый центр, находящийся на Мейн Стрит в Бриджхемптоне. Владельцем торгового центра является Брайан Ремейкерс.

Ремейкерс носит очки и под конец шестого десятка своей жизни является другом издателя журнала «Американский образ жизни» Марты Стюарт. В настоящее время в ряд занятий Ремейкерса входят полноразмерные стада лошадей, коллекционирование драгоценных украшений и купальников из шерсти.

«Я люблю Хемптон летом», говорит он. «Погоду, свет, уединение».

В любом другом месте могут возникнуть неудобства и противоречия. Здесь же все идеально.